Франция, Испания, Петербург.

Франция, Испания, Петербург.

Франция, Испания, Петербург.


Франция, Испания, Петербург — вехи жизни Мариуса Петипа и главные темы его жизни.
Уже в 30—40-х годах, но особенно со второй половины XIX века во французском искусстве стал складываться своеобразный парижский миф. К концу столетия парижский миф завладел французским искусством почти безраздельно. В центре внимания оказался Париж. Город Париж открывают для себя и для всего мира художники-импрессионисты. Парижская жизнь становится сюжетом фельетонов, новелл, романов и оперетт: ее воспевают, осмеивают, описывают, изучают. Парижанин и особенно парижанка — персонажи спектаклей и пьес, но прежде
всего уникальный социально-культурный феномен, рожденный и воспитанный единственным в своем роде городом, — так, во всяком случае, думали в то время в Берлине, Вене, Москве, в этом были убеждены и сами парижане. Прямым результатом подобных париже-центристских установок или, иначе говоря, сосредоточенности парижских художников на себе явилось исчезновение из искусства более широкой французской темы. Францию вытеснил и заполонил Париж. Историческая Франция уступила свое место современному Парижу. Парижский миф восторжествовал, французская легенда надолго, фактически до первой мировой войны, вынуждена ютиться на задворках культуры — в бульварной периодике, в учебниках истории для начальных классов.
Но именно в эти годы, а точнее — в 90-х годах, в далеком северном Петербурге рождаются два произведения, два балетных шедевра, в которых историческая Франция воссоздается с таким блеском, с такой полнотой, которые не давались последним романтикам, писателям-пассеистам. В 1890 году в Мариинском театре ставится «Спящая красавица» Чайковского и Петипа. В 1898 году ставится «Раймонда» Петипа и Глазунова. «Спящая красавица» — грандиозный образ версальской Франции. «Раймонда» — чуть менее грандиозный образ Франции романской, Франции провансальской. И то и другое — эпос хореографического театра, что в общем естественно для художественного мышления Глазунова, но удивительно для Чайковского, лирика чистой воды, не очень-то склонного придавать музыке эпический масштаб и эпические формы. И в «Спящей красавице» Чайковский не изменяет себе, совершая непостижимый тур-де-форс: партитура балета — торжество лирического духа над эпической фактурой. Версаль Чайковского сохраняет величие и ослепительный блеск, но это Версаль, воспринятый лирически и отчасти даже интимно. Версаль Чайковского — человечный и одушевленный. Такова, впрочем, традиция, восходящая к пушкинской прозе конца 20-х—начала 30-х годов, к «Арапу Петра Великого» и «Пиковой даме». Чайковский воспринял ее почти бессознательно, как в детстве — пушкинские стихи и сказки. Но кроме того, к подобному красивому решению Чайковского подталкивал план будущего спектакля, предложенный Петипа, разработанный более чем тщательно и подробно.

Франция, Испания, Петербург.

Франция, Испания, Петербург.

Грамотно вложить деньги в Форекс вот то чему стоит научиться, чтобы стать по настоящему свободным человеком и не зависеть от жизненных случайностей и превратностей судьбы.

теги:

автор - balet

просмотров 977
комментировать

*